— А что там внутри? — поинтересовалась Делла Стрит.

— Давай посмотрим, — предложил Мейсон. Он открыл перочинный ножик, перерезал бечевку и развернул бумагу. — Ну-ка, ну-ка! Похоже, нам досталась английская грамматика, словарь, пара пособий по стенографии, несколько дневников и альбом с фотографиями.

— И за это — пять долларов! — воскликнула Делла Стрит.

— Заглянем в альбом с фотографиями, — сказал Мейсон. — Ого! Да тут такая карточка, что за нее кто хочешь отвалит пятерку.

Делла подошла и заглянула ему через плечо.

— Если это называется купальником, — заметила она, — то я…

— Похоже, однако, что так оно и есть, — ответил Мейсон. — Купальник из трех квадратиков ткани, по-моему, каким-то чудом удерживался на плавных изгибах весьма симпатичной фигурки. Я полагаю, что это и есть Элен Кэдмас.

— Она не слишком-то много скрывала от посторонних глаз, — сказала Делла Стрит.

— Вряд ли фотографировал кто-то посторонний — скорее всего, какая-нибудь ее подружка, умеющая обращаться с фотоаппаратом, сумела поймать эффектный кадр. О, да тут еще целая пачка фотографий обезьян.

— Теперь я вспоминаю, — сказала Делла Стрит. — У ее босса, Эддикса, было целое стадо человекообразных обезьян, и он проводил с ними какие-то психологические эксперименты.

Мейсон кивнул, продолжая рассматривать фотографии.

— Тут есть очень неплохие снимки, — заметил он. — Кто бы ни был этот фотограф, он свое дело знал хорошо. Каждый выстрел в десятку.

— И что он снимал? — спросила Делла Стрит, перелистывая четыре толстые тетрадки — дневники Элен Кэдмас.

— В основном одно и то же — Элен купается в море, Элен на яхте и все такое, — ответил Мейсон. — Фотографий обезьян и прочих приматов здесь совсем немного.

— А чем, по-твоему, обезьяна отличается от примата? — спросила Делла.